Приветствуем на странице «Архивного дозора»!

Приветствуем вас на сайте межрегиональной общественной организации (МОО) «Архивный дозор», мы одна из немногих в России организаций, которая пытается исправить ситуацию в архивной сфере России и борется с нарушениями закона в архивной среде.

В 1990-х годах архивы бывшего СССР были открыты и огромный отложенный спрос захлестнул их волнами исследователей, профессиональных и не очень. Однако экономически и кадрово российские архивы остались всё ещё там, в Советском Союзе.

За годы новой России архивное образование не модернизировалось, кадровые и материальные вопросы архивов решаются по остаточному принципу, что порадило в архивной среде токсичный коктейль из нищиты, охранительства худшей советской закалки и большого количества уловок, направленнных на то, чтобы стянуть с пользователя деньги, вместо того, чтобы действительно решать архивные проблемы максимально эффективным способом.

По сравнению с российскими библиотеками, российские архивы отстают на десятки лет. Ситуацию усугубляет то, что единого хозяина у российских архивов не существует: документальное наследие разделено между федеральными, региональными, муниципальными, ведомственными  и частными архивами, причем Росархив, который обязан методически контролировать деятельность архивов и сохранность фондов, от этой деятельности, по сути, устранился, слабо контролируя ситуацию даже в подведомственных ему напрямую федеральных архивах.

Первые судебные процесс против излишних поборов под видом «услуг» прошли в России ещё в 2013-2014 годах в Нижнем Новгороде, с тех пор архивное правозащитное движение стало нарастать. 2017 год  охарактерировазовался первым пикетом на архивную тематику (ограничения в доступе и материальное состояние Центрального архива Министерства обороны) (ЦАМО).

3 сентября 2019 года наиболее активные борцы за законность в архивной сфере объединились и создали межрегиональную общественную организацию «Архивный дозор». В неё вошли все, кто имел опыт судебных  и правовых баталий вокруг архивов : здесь и Дмитрий Пославский, Максим Колесов и  Андрей Галиничев, которые стояли в первых архивных правовых баталиях, и замечательные и смелые педагоги, исследователи и архивисты.

Нас 23 человека. Мы не стремимся легко расширять наши ряды, потому что войти в состав нашей организации может только человек, который уже имеет опыт не менее 3-х лет исследований в архивах, а также опыт правозащитной и (или) просветительской работы. Однако мы максимально делимся информацией о нашей деятельности и надеемся, что архивный мир России станет лучше и цивилизованнее.

С уважением, председатель МОО «Архивный дозор», историк-генеалог, член комиссии по увековечению памяти погибших Всероссийской организации ветеранов, редактор Книги памяти г.Москвы, основатель проекта «Военкомат» Семёнов Виталий Викторович

 

ДЛЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ПРЕССЫ — ГРАМОТНАЯ И БЕСПЛАТНАЯ АНАЛИТИКИ АРХИВНЫХ НОВОСТЕЙ И ИЗМЕНЕНИЙ В АРХИВНОЙ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ — ВСЕГДА ДОСТУПНЫ. ОТПРАВЬТЕ WHATSAPP НА НОМЕР +79166324084 или на почту 79166324084@ya.ru

 

 

 

 

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО МИНИСТРУ ОБОРОНЫ РФ ПО ПОВОДУ ЦАМО РФ

Открытое письмо Министру обороны Российской Федерации
Шойгу Сергею Кужугетовичу
от редактора Книги памяти Москвы Семёнова Виталия Викторовича,
основателя проекта «Военкомат», председателя МОО «Архивный дозор»
историка-генеалога.

Уважаемый Сергей Кужугетович!
Вопреки всем нормам протокола, я вынужден просить Вас посетить Центральный архив Министерства обороны (ЦАМО РФ) в Подольске, а также его филиал — Архив ВМФ в Гатчине.
2020 год объявлен Указом Президента России от 8 июля 2019 года Годом Памяти и Славы, однако флагманские архивы вверенного Вам Министерства сегодня не готовы встретить высокую дату 75-летия Победы.

Я вынужден избрать форму открытого письма, потому что если я отправлю письмо официальным порядком, оно попадёт в Архивную службу МО РФ, а работе которой, во многом, заключается корень проблемы.

Сегодня Архивная служба МО категорически не соответствует требованиям времени и задачам, которые ставятся Президентом.

Часто можно слышать, что одним из видимых успехов Архивной службы МО РФ стало создание супербаз «ОБД-Мемориал», «Память народа», «Подвиг народа». Архивы МО, без сомнения, задействованы в создание этих баз, но это успех, прежде всего, Управления по увековечению памяти погибших МО, его чёткой и продуманной работы.

ЦАМО РФ— крупнейший архив Европы. В 2010-2014 гг. на его территории были возведены новые хранилища, которые построены с невозможными для их функционирования нарушениями. Простояв недостроенными на дожде и ветру 5 лет, сейчас они сносятся.

Весь город Подольск — свидетель вопиющей бесхозяйственности, расхищения бюджетных средств. Это не просто подрыв доверия к Министерству. Это диверсия.

Конечно, недостроенные коробки из сендвич-панелей надо было сносить, но как это делается? Нет уведомлений на сайте МО РФ, не повешены информационные щиты на территории, не опубликованы статьи в СМИ. Исследователи, которые издалека приехали для исследований в читальный зал ЦАМО, были поставлены перед фактом, что из-за опасного для жизни демонтажа ПОЛОВИНА всех отделов-хранилищ и выдача документов из них недоступна до зимы. И об этом никто до приезда не знает!

И самое главное никто не понимает, а что дальше? Сколь долго продлятся ограничения, будет ли построен Архив Великой Отечественной, анонсированный на самом высоком уровне в 2014-м году, будут ли созданы нормальные условия для хранения ценных исторических документов?

Функционирование Архивной службы МО РФ происходит как жизнь частной лавочки — секретно и непредсказуемо. Нельзя узнать стратегию развития, планы. Нет уведомлений о закрытии хранилищ, о проведении работ, время посетителей используется крайне нерационально, прямо скажем, варварски. Выдача документов из некоторых хранилищ происходит 1 (один!) раз в неделю, равно как и сдача их в хранилище.

Недавно мне случилось посетить военный архив Германии во Фрайбурге (Bundesarchiv)
Посещение вызвало грустные мысли: есть возможность заказать документы онлайн, свободное и бесплатное копирование, чистая, ухоженная территория.
Что мы видим в архиве в ЦАМО РФ в Подольске и в архиве ВМФ в Гатчине? Заросли бурьяна, сырые, прогнившие ангары с учётными картотеками, разбитые дороги и бесценные документы времён Великой войны перевозимые в читальный зал Архива в чемоданах и сумках прошлого века из … помоек и кладовок.
Я не преувеличиваю. Чемоданы и сумки — именно с помоек и домашних кладовых и гаражей, принесённые в архив доброхотами, ведь, надо же в чём-то возить документы.

Сергей Кужугетович, Вы же военный человек, нельзя носить архивные документы в чемоданах с помойки, нельзя, чтобы Главный Военный Архив Страны так выглядел, с этого и начинается разруха!

Сейчас Архивная службы МО разрабатывает новый регламент архивной работы. Мы не ждём от этого регламента ничего хорошего. Почему? Потому что исследователям в 2014-2019 гг постоянно приходится защищать минимальные права на проведение исторических исследований в суде. Причём суды и даже Верховный суд РФ ни разу не отказали нам в удовлетворении исков. Но совершенно ничего не было «облегчено» нам со стороны Архивной службы, было только ухудшено. К исследователям относятся как к врагам!

В 2018 году пользователи добились права использования ноутбуков в читальном зале, также была «выбита» услуга самостоятельного копирования. Но за плату. Ни в одном архиве мира такого уровня как ЦАМО РФ нет постыдной практики взимания платы за копирование исследования своим мобильным телефоном или фотоаппаратом (без вспышки).
Мы получили право самостоятельного копирование решением Верховного суда. За что мы платим? Выдача дел в читальный зал бесплатна, просмотр бесплатен, а что происходит в момент, когда мы достаём мобильный телефон и делаем фотографию? Откуда в умах экономистов Архивной службы МО вдруг образуется сумма в рублях, которую с этого момента пользователь должен заплатить? За право пользования образом документа? Но ЦАМО РФ не является владельцем документа, он является только местом хранения!

За что конкретно мы платим, когда делаем фотографию документа времён Великой Отечественной войны на свой мобильный телефон?

Вот и «тормозится» работа в читальном зале в 2-3 раза, вот и сидят пользователи, часами «набивая» найденное в (тяжко отвоёванные) ноутбуки, а кто-то по старинке записывает информацию в тетрадочку. За окном, между тем, скоро настанет 2020 год.

Федеральный закон № 125-ФЗ «Об архивном деле в РФ» чётко говорит, дела старше 75 лет,если они не засекречены — свободны к выдачи без всяких дополнительных условий.Но в ЦАМО РФ существует огромная «серая зона»: действует Приказ№ 1995-дсп от 26 октября 2011 г. «Положения о порядке рассекречивания архивных документов МО РФ, продления сроков их засекречивания и установления ограничений на доступ к рассекреченным архивным документам”, с которым исследователь ознакомится не может (никто не знает, где его прочитать, он же «ДСП» — для служебного пользования)
В результате сегодня то, выдавать или не выдавать документы исследователю решают все в иерархии ЦАМО РФ на свой взгляд и вкус: от хранителя фондов, начальника хранилища, начальника отдела до начальника архива.
Все они получили право субъективно решать, допустить ли пользователя до «супер секретной» информации о солдатах, укравших козу у местных жителей или о том, что вся рота полегла, по ошибке выпив метилового спирта в далёком 1941-м на Новый год.

Вошло в поговорку, что документы со сведениями о «чрезвычайных происшествиях» не выдаются в принципе, только через письменный запрос. А то мы, исследователи, не знаем, что война не делается чистыми руками! Напомню, речь идёт о рассекреченных документах старше 75 лет! А, ведь, в этих документах имеется ценнейшая информация, необходимая для поиска многих пропавших без вести!

Во всём — сплошная «серая зона». Личные дела, учётно-послужные карточки должны выдаваться СВОБОДНО и без подтверждающих документов (доверенностей, заверенных нотариусом цепочек родства), если человек погиб или пропал без вести до осени 1944 года. Так почему же их до сих пор в ЦАМО требуют эти документы? Почему нарушают закон? Почему всё это одобряет начальник Архивной службы МО РФ полковник Эдуард Падерин?

Не раз декларировалось, что Российская Федерации будет продолжать отстаивать свои взгляды на события Второй мировой войны, но сегодня и заказать личное дело прадеда, и получить его офицерскую карточку гражданам бывших республик СССР очень сложно.
Разрешение — только через Архивную службу Минобороны, личное дело в сканированных копиях отправить электронной почте невозможно, потому что в ЦАМО РФ, как в воинской части, нет электронной почты.

Служба безопасности Украины (СБУ) находит возможным отправить в любую точку мира дело на репрессированного человека без доказательства родства. Это часть государственной политики Украины. А Архивная служба МО РФ на прадеда офицера-армянина, украинца, киргиза, нет, не может. Для получения документов надо пройти несколько кругов бюрократического ада. Разве это нормально? Разве их предки не воевали?

Бездумно разбазаривается время исследователей. Процесс получения и сдачи хотя бы одного архивного дела занимает 3 дня при личном присутствии исследователя. Предварительного заказа письменно или онлайн, нет. Поисковики едут с самых дальних мест России, потому что своей современной службы копирования-сканирования, хранения и пересылки образов в ЦАМО нет, даже оплата САМОСТОЯТЕЛЬНОГО копирования занимает неделю: заказать, дождаться квитанции, оплатить, подождать 3-4 дня, копировать.
Если это делается средствами ЦАМО то это занимает от 4 до 30 (!) дней.
Писать в Архивную службу МО бесполезно, потому что нынешние «Наставления по архивному делу в ВС РФ» в редакции Приказа МО РФ № 493 от 30 05 2009 по сути является вариацией правил прошлого века. Разве что отменили скандальные «тетрадки», куда только и можно было переписывать информацию, да и появилось самостоятельное копирование, выбитое в судебных боях самими исследователями.

Вот почему нужен Ваш приезд в Подольск и Гатчину. Архив Минобороны и его филиалы должны стать тем, чем он является по названию — крупнейшей и современнейшей системой военных архивов одного из наиболее мощных военных министерств мира.

С современным читальным залом.
Крепкими и лёгкими боксами для перевозки архивных документов.
Новыми аппаратами для микрофильмов.
Гладкими дорогами, клумбами, ухоженной территорией.
Быстрым и недорогим копированием средствами архива и бесплатным копированием средствами пользователей.
Современной службой копирования-сканирования, способной по запросу отправить в любую часть страны и мира сканированные документы.
Понятными и прозрачными правилами допуска.
Системой онлайн-заказа дел.
Небольшой (1-2 раза в неделю на 2-3 часа) школой исследователя, где архивисты и волонтёры объясняют основные правила работы с документами (и сотрудники и документы страдают от совершенно неподготовленных исследователей, которые не знают, как работать с документами, заказывают ненужное, в общем, тратят время и своё и сотрудников).
Защищенными и работающими в комфорте и нормальных условиях архивистами.
Клубом или конференц-центром, где можно было бы устраивать встречи для читателей, пользователей, делится секретами поиска, работы с документами в ЦАМО РФ.
С функционирующими как часы филиалами, — в Гатчине (Архив ВМФ), Санкт-Петербурге (Архив военно-медицинских документов), в последнем необходимо открыть читальный зал, которого там нет.

Время локальных «улучшений» в ЦАМО себя исчерпала. Ситуация дошла до грани!
Необходимо Ваше личное вмешательство для того, чтобы создать и осуществить программу развития военных архивов МО РФ и превратить их в лучшие военные архивы мира уже в 2020-2022 годах!

 

#цамо

Саратовская «дыра»

КАК МЫ ЛАТАЕМ САРАТОВСКУЮ «ДЫРУ»

Сложно сказать, как именно Государственный архив Саратовской области к 2017 году оказался на стойком втором (после Архангельского) месте в списке худших архивов России.

Причины стоит искать ещё в поздней советской истории : тогда, в 70-х, архив пострадал от сильного пожара (тогда же пожар уничтожил часть фондов и Государственного архива Костромской области, вообще, в СССР архивы горели часто), затем, в конце 1970-х началось строительство, да так и не закончилось.

Недострой  нового здания архива на улице Кутякова перекрывал дорогу поколениям саратовцев.
Затем 1980-е, перестройка, и Саратов очутился в одной из самых глубоких в России экономических ям. Тут уж стало не до архива.

Государственный архив Саратовской области (ГАСО) владеет богатейшими фондами, вероятно, одними из наиболее интересных в Поволжье. Тут история и Украины, и Бессарабии и местных евреев, ну и конечно, богатейшие фонды по истории немцев Поволжья, всё это вызывало большой интерес исследователей, в том числе и коммерческий.

В 1990-х в Саратовском архиве процветал полулегальный бизнес с доступом к документам «для своих», в то время как «для других» они были наглухо и навсегда  «в плохом физическом состоянии». Вот почему Саратовских архивистов так взбудоражила предпринимательская активность местного историка Игоря Плеве, который просто скопировал большое количество ревизских сказок, прежде всего, немецких, и за небольшую цену (и с намного лучшим сервисом, чем в самом архиве) продавал их желающим. Ещё задолго до эры судебных конфликтов 2010-х Саратовский архив уже судился с конкурентом.

К 2017 году ситуация дошла до «ручки»: исследователи занимали очередь в читальный зал в 5 утра (в том числе и зимой), с делами в плохом физическом состоянии был тотальный бардак, никто не понимал, какое дело где, реставрация и не начиналась.

К счастью, здесь то, что ситуация дошла «до ручки» …помогла. В 2017 году местный начальник технического и хозяйственного обеспечения Алексей Полынин украл из архива 57 метрических книг. Метрики — сам по себе очень неликвидный продукт на чёрном антикварном рынке, а, к тому же, по нему и так ходит большое количество саратовских исторических дел, потому что в 1970-х годах в ГАСО не только был пожар, но и проводились масштабные «макулатурные» кампании, когда дела отправлялись «под нож» как не представляющие историческую ценность, к счастью, не все они попали «под нож».
Ситуацию «нагрела» забавная ошибка пресс-секретаря силовиков, которая, видимо, слабо представляла, что такое метрические книги и которая на всю страну заявила, что из архива было украдено книг на 1, 2 миллиарда (!!) рублей (стоимость одной метрической книги на чёрном рынке — не больше 25 000 рублей).

Итак, летом 2017 года, вот на таком общественном фоне, мной был запущен мощный пиар-удар по саратовским СМИ о «чёрном грибке» , который скоро совсем уничтожит всё наследие Саратовской земли. Местные СМИ удар поддержали, а затем его продолжили и федеральные СМИ.

Тогда же был запущен сбор подписей от известных саратовских уроженцев, письмо поддержали Семён Августевич, Иван Янковский, собирался подписать и долго расскачивался Борис Громов (но так и не подписал).
Была уволена директор архива Соломатина, у архивной сферы региона наконец-то появился глава — на пост главного архивиста региона был назначен молодой и активный Павел Юрьевич Лелюхин, который умело встроился в пиар-кампанию за новое здание архива и сумел сыграть в нём позитивную роль, подготовив проектно — финансовое обоснование достройки саратовского архивного «недостроя», и, главное, направив деньги в нужное русло.

Назначение директором архива выходца из военных ВМФ Виктора Токарева было менее удачным, этот человек был далёк от архивного дела, и, кроме того, не имел большого опыта административной работы. В борьбе за «новое ГАСО» ставить можно было только на Лелюхина.

Новое здание ГАСО открыли в 2019 году. Это было первое здание архива в России, открытого во многом благодаря организованной общественной кампании. Исчезли очереди в читальный зал, но очень многие проблемы остались на месте : так и не наведён порядок с делами в плохом физическом состоянии, не началась достойная ситуации реставрационная кампания, но, главное, таким же осталось и отношение к исследователю. По отзывам посетителей, каждый второй человек сталкивается с проблемами при работе в читальном зале ГАСО, качество ответов на запросы в ГАСО остаётся одним из самых низких, а цены — одними из самых высоких в России (!)

Ещё со времён Плеве в архиве сидят специалисты среднего звена, которые достойны только одного — чтоб их уволили и на пушечный выстрел не подпускали к архивному делу, но проблема-то в том, что на саратовские архивные зарплаты в архиве просто будет некому работать!

Павел Лелюхин не сидит на месте и выбил большое количество новых ставок для ГАСО. Это сейчас важнее всего — архиву очень нужны новые кадры и новое отношение, а вот повысить зарплату архивистам у него не получилось.
В программу действий «Архивного дозора» на 2019-2020 годы заложена вторая волна помощи Государственному архиву Саратовской области (ГАСО)

#архивсаратов

Ростовскому архиву нужно новое здание!

Ростов — крупнейший город Юга России.Ростов — столица Донского края с богатейшей историей. Память Донского края хранится в Государственном архиве Ростовской области.
Но у архива Ростовской области нет достойного здания.
Здание архива Ростовской области старое,аварийное, которое архив делит с отделением полиции. Строительство нового здания Ростовского архива отсрочено на неопределённый срок.

Мы хотим, чтобы память Донского края была сохранена. Мы хотим чтобы новое, современное здание Государственного архива Ростовской области было построено.
Мы хотим, чтобы оно было лучшим в России, а, может быть, и в стране: с чистым, просторным читальным залом, с безопасными хранилищами.

Поэтому мы обратимся к 100 самым известным уроженцам Дона, которых жизнь раскидала по всему миру, чтобы они подписали письмо к Президенту России смысл которого очень прост :  #ростовунуженархив

Эта фраза прозвучит на десятках языках Европы, где сейчас живут выходцы с Дона и которые помнят свои корни, вот почему у нас есть и международный хэштэг  #arhiveondon